Цель. Оценка клинической эффективности и неспецифической адсорбционной активности колонок для селективной гемосорбции липополисахарида, не содержащих иммобилизованный полимиксин, при лечении хирургических больных с грам(–) септическим шоком (СШ).
Материалы и методы. Обследованы 43 хирургических пациента с грам(–) СШ после санирующей операции. Критерии включения: возраст 18–90 лет, прокальцитонин (ПКТ)≥10 нг/мл, симпатомиметическая поддержка > 2 часов, нормальный уровень центрального венозного давления, отсутствие гемо(диа)фильтрации. В 1-й группе (30 пациентов) дополнительно выполняли 1–2 сеанса селективной гемосорбции (ГС) липополисахарида (ЛПС) с помощью колонок, не содержащих полимиксин. Во 2-й группе (13 пациентов) осуществляли традиционное лечение СШ. ГС проводили 120 мин со скоростью 100 мл/мин. Гипоагуляция – нефракционированным гепарином или гидроцитратом натрия. Лабораторный мониторинг: общий анализ крови, СD14+моноциты, HLA-DR+мононуклеары, Def+гранулоциты, концентрация интерлейкинов, ПКТ, общего и С-реактивного белка, секреторного IgA, фибриногена, лактата.
Результаты. Пациенты, прожившие до 2 суток после операции, исключались. Итоговая 1-я группа с гемоперфузией – 25 пациентов, 2-я группа, без гемоперфузии – 11 пациентов. Колонки ГС неспецифически адсорбировали 2,6% эритроцитов, 5,0–14,7% лейкоцитов, 25,7% тромбоцитов и 3,8–10,1% различных белков. Уровень цитокинов не изменялся. На следующие сутки в 1-й группе снижались: ИЛ-6 с 538 [395; 784] до 290 [200; 726] пг/мл (p = 0,003), ИЛ-8 с 48 [4; 373] до 4 [3;19] (p = 0,087), ПКТ с 26,3 [11,1; 53,6] до 14,2 [8,6; 24,5] нг/мл (p = 0,003), тромбоциты с 136 [69; 178] до 89 [50; 142]×109/л (p < 0,001). К 7–8-м суткам в 1-й группе по сравнению со 2-й группой уменьшались SOFA, APACHE II, доза симпатомиметиков. 28-дневная летальность: 1-я группа – 32%, 2-я группа – 72,7% (p = 0,034). Госпитальная летальность в 1-й группе 56%, во 2-й группе – 81,8% (p = 0,259).
Заключение. Применение селективной ГС ЛПС уменьшает тяжесть полиорганных расстройств, системного воспаления и летальность. Колонки адсорбируют лейкоциты, в том числе активированные. Адсорбция тромбоцитов снижает их содержание в крови на 25–35%.

Введение. Инвазивные грибковые инфекции остаются актуальной проблемой у иммунокомпрометированных детей, включая пациентов, получающих системные кортикостероиды и таргетную терапию по поводу аутоиммунных заболеваний.
Цель – выявить факторы риска развития инвазивного микоза у пациентов с иммуновоспалительными заболеваниями, госпитализиро- ванных в ОРИТ.
Материалы и методы. В ретроспективное исследование был включен 51 пациент (23 мальчика, 28 девочек) в возрасте от 7 месяцев до 17 лет с системными иммуновоспалительными заболеваниями, находившийся на лечении в ОРИТ СПбГПМУ в период с 2007 по 2023 гг. Пациенты были разделены на две группы: у которых развился инвазивный микоз (n = 6) и без этого осложнения (n = 45).
Результаты. Установлено, что развитие инвазивных грибковых инфекций у детей с иммуновоспалительными заболеваниями ассоциировано с высокой активностью основного заболевания, тяжелым состоянием (высокие баллы pSOFA) и длительной госпитализацией (пребывание в ОРИТ более двух недель) (p = 0,004). Независимыми предикторами инвазивного микоза определены системное ревматическое заболевание (p = 0,018), интенсивная иммуносупрессивная терапия (p = 0,122), высокий балл pSOFA, анемия (гемоглобин ≤69 г/л) (p = 0,0008) и гипоальбуминемия (альбумин ≤ 30 г/л) (p = 0,033). Инвазивные грибковые инфекции являются значимым фактором неблагоприятного прогноза, ассоциированным со статистически значимым повышением летальности (p < 0,05).
Заключение. Выявленные клинико-лабораторные маркеры позволяют стратифицировать пациентов по степени риска, что важно для ранней диагностики, своевременной терапии и улучшения выживаемости.

Введение. Развитие ультразвуковой навигации способствовало внедрению селективных методик регионарной анальгезии в клиническую практику. Одной из таких методик является блокада перикапсулярной группы нервов (PENG-блок), рассматриваемая в качестве альтернативы нейроаксиальным методам обезболивания при операциях на тазобедренном суставе.
Цель – сравнить анальгетическую эффективность и профиль безопасности однократного PENG-блока и продленной эпидуральной анальгезии (ЭА) у пациентов после первичного эндопротезирования тазобедренного сустава.
Материалы и методы. В проспективное рандомизированное исследование были включены 100 пациентов, перенесших первичное эндопротезирование тазобедренного сустава. В группу, в которой выполняли PENG-блок в сочетании с блокадой латерального кожного нерва бедра, был включен 51 пациент, в группу продленной ЭА – 49 пациентов. Первичной конечной точкой являлась интенсивность послеоперационной боли по визуально-аналоговой шкале (ВАШ) в покое и при движении. Вторичные конечные точки: потребность в опиоидах, сохранность силы четырехглавой мышцы бедра и частота осложнений.
Результаты. Показатель ВАШ статический оказался значимо выше в группе PENG через 12 и 24 часа после операции (p < 0,001), тогда как через 6 и 48 часов различий не выявлено. Динамический ВАШ оказался выше в группе ЭА через 48 часов после операции (4 [3,5–5] против 3 [3–4]; p = 0,027). Доли пациентов, не нуждавшихся в опиоидах, не различались (80,4 % против 81,6 %; p = 0,76). Сила четырехглавой мышцы была сохранена значимо лучше в группе PENG как через 6, так и через 24 часа (p < 0,001). Артериальную гипотензию чаще регистрировали в группе ЭА (24,5% против 5,9%; p = 0,017).
Заключение. Однократный PENG-блок обеспечивал сопоставимую с продленной эпидуральной анальгезией эффективность послеоперационного обезболивания после первичного эндопротезирования тазобедренного сустава, при этом лучше сохранялась двигательная функция и зафиксирована меньшая частота развития артериальной гипотензии.

Введение. У пациенток с преэклампсией высокий симпатический тонус может усугубляться при недостаточной анальгезии после кесарева сечения. Предполагается, что эффективный контроль болевого синдрома за счет применения ТАР-блока способен предупредить такое явление. Это поможет лучше контролировать артериальную гипертензию, обусловленную преэклампсией, в раннем послеоперационном периоде.
Цель – изучить состояние симпатического тонуса у пациенток с преэклампсией в условиях разных способов послеоперационной анальгезии кесарева сечения.
Материалы и методы. Пациентки с преэклампсией (n = 104) рандомизированы на две группы. В 1-й группе (n = 54) проводили мультимодальную анальгезию (ММА), во 2-й (n = 50) ММА дополняли ТАР-блоком. Изучали состояние симпатического тонуса по показателям вариабельности сердечного ритма (ВСР), интенсивность боли по визуально-аналоговой шкале (ВАШ), показатели артериального давления (АД) при поступлении в стационар, до операции, через 3, 6, 12, 24, 48 часов после операции. Нагрузку опиатами и антигипертензивную терапию сравнивали в группах через 24 и 48 часов после операции.
Результаты. У пациенток без ТАР-блока показатели ВСР были статистически значимо выше в первые 12 часов, а интенсивность боли и АД – в течение 1-х суток после операции. После ММА с ТАР-блоком в группе статистически значимо снизилась кратность применения опиатов: тримепередина в 2,0 раза, трамадола в 45,5 раза; антигипертензивных препаратов (АГ-терапии): метилдопы в 1,4 раза, нифедепина в 2,2 раза.
Заключение. Включение ТАР-блока в комплекс ММА после кесарева сечения у женщин с ПЭ предупредило дальнейшую активацию СНС за счет успешного контроля над болью в период максимальной ноцицепции. Это позволило уменьшить нагрузку опиатами и гипотензивными препаратами в первые 48 часов после операции. После применения ТАР-блока необходимость увеличения объема АГ-терапии была в 3,1 раза меньше, а число случаев снижения объема АГ-терапии для профилактики гипотензии – в 2,9 раза больше.

Введение. Интраоперационная артериальная гипотензия (ИАГ) – частое побочное явление общей анестезии, нередко развивающееся уже после индукции анестезии – постиндукционная артериальная гипотензия (ПАГ). ИАГ ассоциирована с повышенным риском периоперационных осложнений, включая периоперационное повреждение миокарда. Эффективность и безопасность профилактики и коррекции ИАГ с использованием вазопрессоров в нейрохирургии, особенно у пациентов с повышенным кардиальным риском, изучены недостаточно.
Цель – оценить эффективность и безопасность разработанного протокола профилактики и коррекции ИАГ в постиндукционном периоде у пациентов с повышенным кардиальным риском в хирургии новообразований головного мозга.
Материалы и методы. В проспективное исследование включены 123 пациента с повышенным кардиальным риском (возраст ≥ 65 лет или ≥ 45 лет с RCRI ≥ 1), которым было проведено плановое удаление опухолей головного мозга. 92 пациента составили контрольную группу (1-я группа) с традиционным подходом к управлению гемодинамикой (неагрессивная коррекция ИАГ преимущественно с помощью инфузионной терапии) и 31 пациент – группу протокола (2-я группа), где применяли меры по профилактике и коррекции ИАГ (отмена антигипертензивных препаратов (кроме β-блокаторов), инфузия кристаллоидов (при систолическом артериальном давлении (АД сист.) < 90 мм рт. ст.) и норэпинефрина (при среднем артериальном давлении (САД) < 65 мм рт. ст.). Основные оцениваемые исходы: частота и длительность ИАГ и ПАГ (САД < 65 мм рт. ст.), частота периоперационного повреждения миокарда и артериальной гипертензии (АД сист. > 140 мм рт. ст.).
Результаты. Частота ИАГ не различалась между группами (57% в 1-й группе против 55% во 2-й группе, p = 0,87). Длительность ИАГ была значительно выше в 1-й группе (30 мин [15–60]) по сравнению со 2-й группой (12 мин [9–21], p = 0,002). ПАГ составляет значительную часть ИАГ: в 1-й группе – 21 мин [12 – 30] (70% длительности ИАГ); во 2-й – 9 мин [6–15] (75% длительности ИАГ). Частота периоперационного повреждения миокарда, диагностированного по изолированному бессимптомному изменению уровня hs-cTnI, была выше в 1-й группе, по сравнению со 2-й группой (17% против 6,5%, p = 0,099). Частота эпизодов артериальной гипертензии сопоставима.
Заключение. Разработанный протокол эффективно сокращает длительность ИАГ, особенно в постиндукционном периоде, у пациентов с повышенным кардиальным риском при нейрохирургических вмешательствах, не увеличивая при этом частоту эпизодов артериальной гипертензии. Результаты подчеркивают важность комбинированного, этиологически обоснованного подхода к ранней коррекции ИАГ для улучшения периоперационных исходов.

Введение. Хронические нарушения сознания (ХНС) после тяжелых поражений головного мозга часто наблюдаются у пациентов, нуждающихся в длительном лечении и реабилитации в условиях отделений реанимации и интенсивной терапии. С учетом высокой медикаментозной нагрузки актуален поиск безопасных немедикаментозных методов, направленных на восстановление сознания. Одним из таких подходов является интервальная гипокси-гиперокситерапия (ИГГТ).
Цель – оценить влияние ИГГТ на динамику уровня сознания у пациентов с ХНС после перенесенных тяжелых поражений головного мозга.
Материалы и методы. Представлены промежуточные результаты проспективного исследования. Пациенты с ХНС были распределены на контрольную группу (n = 25), получавшую стандартную терапию, и основную группу (n = 24), в которой стандартное лечение дополнялось 15-дневным курсом ИГГТ. Первичной конечной точкой являлся прирост суммарного балла по шкале Coma Recovery Scale-Revised (CRS-R) на ≥ 3 балла к 30-м суткам наблюдения. Дополнительно анализировали динамику суммарного балла и субшкал CRS-R, а также переходы между диагностическими уровнями сознания.
Результаты. К 30-м суткам прирост CRS-R на ≥ 3 балла был зарегистрирован у 15 из 24 пациентов основной группы (62,5%) и у 6 из 25 пациентов контрольной группы (24,0%); p = 0,009. Суммарный балл CRS-R к 30-м суткам был выше в основной группе по сравнению с контрольной: 16 [8,25; 22] против 9 [6; 14] баллов; p = 0,022. При анализе субшкал CRS-R значимые межгрупповые различия выявлены по слуховой и зрительной функциям, коммуникации и бодрствованию. Положительная динамика диагностического уровня сознания чаще отмечалась в основной группе: 17 из 24 пациентов против 7 из 25 пациентов; p = 0,004.
Заключение. У пациентов с ХНС включение ИГГТ в комплексную терапию сопровождалось более выраженной положительной динамикой CRS-R и повышением диагностического уровня сознания к 30-м суткам наблюдения.

Введение. HELLP-синдром является жизнеугрожающим осложнением преэклампсии с высокими показателями материнской и перинатальной летальности, что обуславливает необходимость разработки надежных прогностических маркеров его манифестации и длительности течения. В статье представлены результаты многоцентрового ретроспективного аналитического клинического исследования «HELLP-RU», посвященного оценке прогностической значимости соотношения лактатдегидрогеназы к аспартатаминотрансферазе (ЛДГ/АСТ) у беременных с преэклампсией. Цель − изучение взаимосвязи соотношения ЛДГ/АСТ с вероятностью развития HELLP-синдрома и длительностью его течения.
Материалы и методы. В исследование включены 139 пациенток с различными формами HELLP-синдрома − полной и парциальными (2018–2022 гг., 16 клинических центров). Анализ проводили в трех временных точках: при поступлении пациенток, перед родоразрешением и после родов. Оценивалась динамика соотношения ЛДГ/АСТ в зависимости от времени манифестации и продолжительности заболевания.
Результаты. Установлено, что структура форм HELLP-синдрома варьировала в зависимости от этапа наблюдения. Анализ динамики соотношения ЛДГ/АСТ показал статистически значимые различия между группами пациенток. Стабильно низкие значения соотношения ЛДГ/АСТ (< 5) ассоциировалась с более длительным течением HELLP-синдрома, тогда как более высокие значения (> 10) − с его кратковременным течением. Снижение показателя при отсутствии клинических признаков свидетельствовало о приближающейся манифестации синдрома.
Заключение. Проведенное исследование показало, что соотношение ЛДГ/АСТ может рассматриваться как доступный прогностический маркер развития и продолжительности HELLP-синдрома, что имеет важное значение для своевременной клинической тактики и снижения частоты встречаемости неблагоприятных исходов.

Введение. Трисомия 21-й хромосомы, или синдром Дауна (СД) – самая распространенная хромосомная аномалия во всем мире, которая часто рассматривается как фактор риска развития осложнений и неблагоприятного исхода при хирургическом лечении врожденных пороков сердца (ВПС).
Материалы и методы. Это ретроспективное одноцентровое сравнительное исследование, в которое вошли 440 детей, прооперированных по поводу ВПС. Пациенты с СД составили 1-ю (основную) группу (n = 57), во 2-ю (контрольную) группу вошли пациенты без генетических заболеваний (n = 383).
Результаты. Пациенты с СД имели меньшую массу тела – 4,8 кг против 5,9 кг у пациентов контрольной группы (p = 0,017). Наиболее часто в обеих группах выполняли пластику дефекта межжелудочковой перегородки, в 33,0% и 39,6% случаев для 1-й и 2-й групп соответственно (p = 0,61). Радикальную коррекцию атриовентрикулярного канала чаще выполняли у пациентов 1-й группы (p < 0,001). У пациентов c СД чаще выполняли этапное лечение ВПС, так, суживание легочной артерии как первый этап гемодинамической коррекции проведено у 22,8% пациентов 1-й группы (p < 0,01). Пороки конотрункуса (тетрада Фалло (ТФ) и двойное отхождение сосудов от правого желудочка) у пациентов с трисомией 21-й хромосомы встречались реже, нежели у пациентов с нормальным хромосомным набором (p = 0,031). Среди осложнений послеоперационного периода дыхательная недостаточность (ДН) была на первом месте в обеих группах, но чаще развивалась у пациентов с трисомией 21-й хромосомы – в 26,3% случаев (p = 0,029). Пациенты с СД нуждались в более длительной искусственной вентиляции легких (ИВЛ) (p = 0,019), неинвазивной вентиляции легких (p = 0,007) и инотропной поддержке (p = 0,012). Продолжительность интенсивной терапии в условиях отделения реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ) (p = 0,023) и летальность (p = 0,01) также были выше у пациентов основной группы. Синдром системного воспалительного ответа не был частым осложнением, но его частота у пациентов с трисомией 21-й хромосомы была вдвое выше – 12,2% против 6,5% в контрольной группе (p = 0,004). Летальность в 1-й группе была выше и составила 5,3% против 2,1% у пациентов без хромосомных аномалий (p = 0,011).
Выводы. Послеоперационный период после кардиохирургических операций у детей с трисомией по 21-й хромосоме чаще осложняется ДН, требующей более длительного проведения ИВЛ и более частого применения неинвазивной вентиляции легких. ДН является наиболее частым осложнением послеоперационного периода у детей с СД после операций на сердце. Пациенты с трисомией по 21-й хромосоме нуждаются в более длительном пребывании в ОРИТ по сравнению со сверстниками без хромосомных аномалий.

Введение. Позиционные осложнения у пациентов отделений реанимации и интенсивной терапии остаются актуальной клинической проблемой, связанной с высокой вариабельностью визуальной оценки и значительными временными затратами медицинского персонала.
Цель – оценить точность и эффективность мобильного приложения HosHelper для объективизации стадирования позиционных повреждений кожи у маломобильных пациентов.
Материалы и методы. Провели проспективное одноцентровое исследование у 39 пациентов ОРИТ с признаками позиционных осложнений. Стадирование пролежней выполняли двумя методами: субъективной визуальной оценкой медицинским персоналом и с использованием мобильного приложения HosHelper. Полученные результаты сравнивали с консенсусной оценкой трех независимых экспертов. Оценивали совпадение стадий, время выполнения и вариабельность решений.
Результаты. Совпадение программной и экспертной оценки составило 97,3%, тогда как субъективной и экспертной – 82,1%. Использование приложения позволило статистически значимо сократить время оценки (3,0 ± 1,1 против 8,0 ± 1,4 мин, p < 0,05) и снизить вариабельность результатов.
Заключение. Применение мобильного приложения для стадирования позиционных осложнений повышает объективность диагностики и снижает трудозатраты медицинского персонала, что может улучшить профилактику и мониторинг пролежней у пациентов ОРИТ.

Цель. Оценить влияние виброакустической легочной терапии (ВАЛТ) на динамику показателей газообмена (PaO₂, PaCO₂, SpO₂, индекс PaO₂/FiO₂, частота дыхательных движений) в сравнении со стандартным перкуссионным дренажным массажем (ПМ) у пациентов с ранней послеоперационной дыхательной недостаточностью после длительных абдоминальных хирургических вмешательств.
Материалы и методы. Проведено одноцентровое проспективное рандомизированное исследование на базе ГБУЗ МКНЦ им. А. С. Логинова ДЗМ в 2023–2025 гг. Из 2716 пациентов, перенесших длительные (≥ 180 мин с момента индукции анестезии) абдоминальные оперативные вмешательства, послеоперационная дыхательная недостаточность была верифицирована у 124 (4,6%) пациентов. После стратифицированной рандомизации по виду хирургического доступа пациенты были распределены в группы ВАЛТ (n = 58) и ПМ (n = 66). Газовый состав артериальной крови оценивали до начала терапии и через 30 мин после каждого из трех сеансов. Для внутригрупповой динамики использовали критерий Фридмана с попарными сравнениями методом Дурбина – Коновера и поправкой Бонферрони (p < 0,008), для межгрупповых сравнений – критерий Манна – Уитни (p < 0,05).
Результаты. Исходные показатели SpO₂, PaO₂ и частоты дыхательных движений были сопоставимы между группами (p > 0,05). В группе ВАЛТ исходно отмечались более низкий индекс PaO₂/FiO₂ и более высокий PaCO₂, что учитывалось при интерпретации межгрупповых различий. После трех сеансов в группе ВАЛТ PaO2 увеличился до 86,0 [84,0–94,0] мм рт. ст., PaCO₂ снизился до 38,0 [36,0–39,0] мм рт. ст., индекс PaO₂/FiO₂ достиг 404,0 [389,0–427,0], SpO₂ – 97,0 [96,0–97,0]%, частота дыхательных движений – 16,0 [16,0–17,0] в мин (p < 0,001 для внутригрупповой динамики). В группе ПМ динамика была менее выраженной: PaO₂ достиг 74,0 [72,0–90,0] мм рт. ст., PaCO₂ стабилизировался на 44,0 [41,3–45,8] мм рт. ст., индекс PaO₂/FiO₂ – 343,0 [333,0–359,0], SpO₂ – 95,0 [94,0–95,0]%, частота дыхательных движений – 18,0 [17,0–18,0] в мин. Межгрупповые различия после лечения были статистически значимы по всем изученным показателям.
Заключение. У пациентов с ранней послеоперационной дыхательной недостаточностью после длительных абдоминальных вмешательств включение ВАЛТ в комплекс послеоперационного ведения сопровождалось более выраженным улучшением показателей оксигенации и вентиляции по сравнению со стандартным перкуссионным массажем. Полученные данные позволяют рассматривать ВАЛТ как перспек- тивный компонент ранней респираторной реабилитации; для подтверждения клинического эффекта необходимы дальнейшие исследования с заранее заданными конечными точками.

Введение. В современной клинической практике выделяют три основные методики выполнения пункционно-дилатационной трахеостомии (ПДТ): по Григгсу (Griggs), по Чалья (Ciaglia) и по Фрова (Frova). Каждая из них имеет свои технические особенности, однако все они могут быть реализованы с использованием различных вспомогательных методов визуализации и контроля. Несмотря на широкое распространение ПДТ, наличие различных методик и методов ее выполнения, вопрос о выборе оптимального способа остается открытым и зависит от определенной клинической ситуации. В условиях массового поступления пациентов и реальной клинической практики не всегда возможно обеспечить наличие бронхоскопа или квалифицированного специалиста по ультразвуковой диагностике, что диктует необходимость поиска наиболее безопасного и эффективного подхода в зависимости от имеющихся ресурсов и уровня подготовки медицинского персонала.
Цель – сравнительный анализ безопасности и эффективности различных методов выполнения ПДТ (под фиброоптическим, ультразвуковым контролем и «вслепую»).
Материалы и методы. Исследование проводили на базе клиники общей хирургии имени И. Ф. Буша Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова по дизайну проспективного одноцентрового рандомизированного клинического исследования с простой компьютерной рандомизацией пациентов генератором случайных чисел, в результате чего были сформированы три сопоставимые группы по 50 человек в каждой: 1-я группа (ФБС) – ПДТ под фиброоптическим визуальным контролем; 2-я группа (УЗИ) – ПДТ с использованием ультразвуковой навигации; 3-я группа – ПДТ «вслепую» (без использования дополнительных средств визуализации). Первичной конечной точкой исследования являлась частота развития интраоперационных и ранних послеоперационных осложнений. Вторичными точками служили время подготовки и проведения ПДТ. Результаты. Все три методики выполнения ПДТ (ФБС, УЗИ и «вслепую») демонстрируют сопоставимый профиль безопасности. Статистически значимых различий в частоте интра- и ранних послеоперационных осложнений между группами не обнаружено (p > 0,05 для всех сравнений). Время подготовки процедуры существенно отличается между всеми методами (p < 0,001): самый быстрый метод – «вслепую», самый медленный – УЗИ. Время выполнения ПДТ во всех группах статистически не различается (попарные сравнения не выявили значимых отличий).
Выводы. Анализ полученных данных свидетельствует о низкой частоте осложнений при всех исследуемых методиках. Значимых различий между группами по основным видам осложнений не выявлено, что позволяет сделать вывод о сопоставимой безопасности фибробронхоскопии, ультразвукового контроля и вмешательства «вслепую» в условиях данного исследования. Отсутствие случаев тяжелых осложнений во всех группах дополнительно подтверждает высокий профиль безопасности рассматриваемых методик. Метод визуализации оказывает значимое влияние на время подготовки к ПДТ. Время выполнения процедуры не зависит от выбранного метода визуализации.

Введение. Видеоларингоскопы с гиперангулированными клинками рассматриваются как эффективный инструмент обеспечения проходимости дыхательных путей, особенно при трудной интубации трахеи. Разработка отечественных аналогов представляет практический интерес в связи с необходимостью расширения линейки медицинских изделий. Одним из таких устройств является клинок КВ-1.
Цель. Сравнить эффективность применения видеоларингоскопов КВ-1 и D-Blade на манекене у начинающих и опытных анестезиологов-реаниматологов при моделировании стандартной и трудной интубации трахеи.
Материалы и методы. Проведено проспективное многоцентровое частично слепое контролируемое исследование с участием 194 специалистов. Участники были разделены на группы молодых (со стажем работы до 2 лет) и опытных (стаж более 2 лет) врачей. Каждый поочередно выполнял ларингоскопию и интубацию трахеи клинками D-Blade и КВ-1 в двух сценариях: при нормальных дыхательных путях и при моделировании трудных дыхательных путей за счет увеличения объема языка манекена. Оценивали успешность интубации, время ларингоскопии, время интубации, число попыток, частоту BURP-маневра (внегортанного мануального маневра для облегчения визуализации голосовой щели) и признаки потенциально травматичной манипуляции.
Результаты. У специалистов со стажем работы до 2 лет статистически значимых различий между КВ-1 и D-Blade по времени ларингоскопии, времени интубации и числу попыток как при нормальных, так и при трудных дыхательных путях не выявлено. Аналогичные данные получены у молодых врачей при нормальных дыхательных путях. В группе врачей со стажем работы более 2 лет при моделировании трудных дыхательных путей время интубации трахеи при использовании КВ-1 было статистически значимо меньше, чем при применении D-Blade. Частота BURP-маневра, признаки потенциально травматичной манипуляции и частота неудачных интубаций между клинками не различались.
Выводы. КВ-1 при интубации трахеи на манекене продемонстрировал эффективность, сопоставимую с D-Blade по большинству изученных параметров. У опытных специалистов при моделировании трудных дыхательных путей применение КВ-1 сопровождалось меньшим временем интубации трахеи. Полученные результаты подтверждают целесообразность дальнейшего клинического изучения клинка КВ-1.

Регионарная анестезия за последние годы зарекомендовала себя как перспективное направление в анестезиологии, позволяющее значитель- но сократить общее периоперационное потребление опиоидов и, соответственно, число осложнений, ассоциированных с их применением. Основная проблема данного направления – ограниченная длительность блокады. Большое внимание уделяется методам фармакологической пролонгации сенсорной блокады. Этого можно достичь с помощью адъювантов – препаратов, усиливающих действие местных анестетиков. Данное направление чрезвычайно популярно в зарубежных исследованиях. В настоящее время описано пять ключевых групп адъювантов: α-адреномиметики (адреналин), α2-агонисты (дексмедетомидин, клофелин), глюкокортикостероиды (дексаметазон), опиоидные анальгетики (морфин, трамадол, фентанил), а также прочие препараты (кетамин, магния сульфат, нестероидные противовоспалительные средства (НПВС), прегабалин).
Цель обзора – систематизировать данные о роли адъювантов в пролонгировании регионарных блокад в комбинации с местными анестетиками.

Введение. Норэпинефрин является препаратом первой линии вазопрессорной терапии при септическом шоке, широко используется в клинической практике и в научных исследованиях. Однако его выпуск в виде различных солевых форм (тартрат, битартрат, гидрохлорид) при отсутствии унифицированного подхода к расчету дозировки (по соли или по активному основанию) приводит к существенной разнородности данных. Это затрудняет интерпретацию результатов исследований, сопоставимость клинических данных и проведение метаанализов.
Цель – сравнительный анализ имеющейся информации об использовании различных форм норэпинефрина, а также оценка ее влияния на клиническую практику и научные исследования.
Результаты. Особое внимание уделено обновленной шкале SOFA-2, в которой впервые обозначено требование указывать дозу норэпинефрина в пересчете на активное основание. В ходе анализа современной литературы выявлено, что значительная часть исследований не указывает форму норэпинефрина или использует различные единицы измерения без пересчета, что приводит к методологической несопоставимости данных. Данная проблема носит глобальный характер и выявляется в исследованиях, проведенных в различных странах.
Заключение. Проблема отсутствия стандартизации дозирования норэпинефрина является значимым методологическим и клиническим ограничением современной интенсивной терапии. Использование различных солевых форм без указания пересчета на активное основание приводит к гетерогенности данных, снижает сопоставимость результатов исследований и может искажать интерпретацию клинических исходов.

Введение. Цереброваскулярные заболевания остаются одной из острейших медико-социальных проблем. Периоперационный инсульт (ПИ) может возникнуть в момент принятия решения о необходимости проведения оперативного лечения, предоперационной подготовки, интраоперационного периода, а также в течение 30 дней после операции.
Цель – оценить современные представления о факторах риска, частоте развития и методах профилактики периоперационного инсульта у нейрохирургических пациентов.
Материалы и методы. Проведен поиск публикаций в базах данных MEDLINE, PubMed, Scopus, Google Scholar, Международной платформе регистрации клинических испытаний Всемирной организации здравоохранения (ICTRP, who.org), ClinicalTrials.gov, eLibrary.ru до 31 декабря 2025 г. по ключевым словам: артериальные аневризмы, каротидные стенозы, опухоли головного мозга, нейрохирургические операции, эндоваскулярные операции, периоперационный инсульт, методы профилактики. Критерии включения: полнотекстовые статьи, обзоры и метаанализы. Критерии невключения: описание клинических случаев, отсутствие возможности перевода статьи, статьи, опубликованные до 2005 г. Всего в результате поиска по ключевым словам было найдено 213 статей. В результате отбора согласно критериям включения и невключения в обзор было включено 50 источников.
Результаты. ПИ – потенциально смертельное осложнение, многократно увеличивающее риск неблагоприятного исхода. Значимыми факторами риска развития ПИ являются: пожилой возраст, заболевание почек, предшествующая транзиторная ишемическая атака или инсульт, инфаркт миокарда в течение предшествующих 6 месяцев, фибрилляция предсердий, артериальная гипертензия, хроническая обструктивная болезнь легких, курение, женский пол и сахарный диабет. Пациенты, перенесшие экстренную операцию или хирургические вмешательства на голове и шее, подвергаются более высокому риску развития ПИ. Несмотря на успехи современной хирургии, анестезиологии и интенсивной терапии, частота ПИ не снижается. Продолжаются поиски эффективных методов профилактики ПИ.